Дарья донцова рак молочной железы

Рак молочной железы — не приговор. Дарья Донцова это доказала

Рак молочной железы – опаснейшее заболевание и является наиболее распространенным видом рака у женщин.

Эта болезнь в основном касается женщин, но в редких случаях мужчины также могут заболеть раком молочной железы .

Рак молочной железы может вызвать такой распространенный симптом, как уплотнение в молочной железе . Однако это не единственный признак.

Чем раньше диагностирован рак молочной железы, тем легче он поддается лечению. Это означает, что женщинам крайне важно регулярно проверять свою грудь и сообщать о любых необычных изменениях и подозрениях своему терапевту.

Большинству женщин, у которых диагностирован рак молочной железы, более 50 лет. Однако это не означает, что молодые полностью застрахованы от этого.

Заболевание чаще всего поражает женщин , но у мужчин также возможен рак молочной железы . Большинству заболевших мужчин за 60.

Хотя вы, возможно, и не знали, на самом деле у мужчин тоже есть ткани молочной железы, хотя и гораздо меньше, чем у женщин.

Рак молочной железы начинает развиваться, когда клетки молочной железы начинают делиться и расти ненормальным образом .

На вопрос: почему некоторые люди заболевают раком молочной железы , а другие — нет , до сих пор нет четкого ответа.

Исследования показывают, что это заболевание вызвано сочетанием множества различных факторов. Это и генетическая предрасположенность, и экология, и многие другие.

При любых подозрениях, обязательно обратитесь к врачу. Стоит сказать, что большинство обнаруженных в молочной железе изменений являются доброкачественными.

В любом случае, никогда нельзя отчаиваться и опускать руки.

Даже если врачи говорят, что это не лечится, ведь это совсем не так.
Вот пример стойкости и веры в собственное выздоровление:

Известная писательница Дарья Донцова победила рак молочной железы в 4 стадии . В далёком 1998 году, когда онколог без утайки сказал, что ей осталось жить 3 месяца , она не опустила руки.
Она взяла всю волю, для того, чтобы вылечиться ради детей, ради пожилой мамы. Она стойко перенесла курсы химиотерапии, несколько операций.
И одержала победу в этой нелегкой схватке.

Она говорит, что рак лечится, главное верить в свое выздоровление!

Доброго вам здоровья. Берегите себя.

Читайте также наши статьи (нажмите на статью, чтобы перейти):

Дарья Донцова: как победить рак

Известная писательница — о своей болезни.

Известная писательница Дарья Донцова представила новую книгу. Но на этот раз не иронический детектив и не сборник кулинарных рецептов, а предельно откровенный рассказ о том, как она боролась со страшной болезнью — раком груди. И как победила.

Отрывок из книги «Я очень хочу жить», который мы публикуем — о том, как друг писательницы Владимир Цехновичер, по ее же словам, «заставил вздрогнуть и задуматься».

— Болезнь ни в коем случае не должна быть главным событием в твоей жизни. О чем ты думаешь, когда просыпаешься? Только честно!

— О том, как сегодня себя чувствую, — вздохнула я.

— Неправильно! — зашипел Володя. — Ты обязана сначала вспомнить про Машку, ее надо накормить и отвести в школу. Потом мальчики, муж, работа. Болезнь на сотом месте. Представь, что к тебе в гости приехала тетка из провинции, поселилась на год, живет и ноет: «Грушенька, сейчас восемь утра, отвези меня в музей. Потом в кафе, затем в театр. А на ночь почитай мне книгу. Не оставляй меня ни на секунду одну!» Твоя реакция?

— Скорей всего, я в вежливой, но достаточно категоричной форме дам понять нахалке, что жить в моем доме она может, но постоянно развлекать ее у меня нет времени. Мне надо выполнять домашние обязанности, заботиться о семье. Впрочем, я готова в выходной составить ей компанию для похода в консерваторию — неудобно совсем оставить гостью без внимания. Приблизительно так, — ответила я.

Володя стукнул кулаком по креслу.

— Отлично. «Онкология» — так зовут наглую тетю, приехавшую погостить без приглашения. Какого черта ты ею постоянно занимаешься? Посадила нахалку себе на голову и тащишь ее! Просто включи рак в свою жизнь, ведь больше года вы с ним проведете рука об руку. Но пусть знает свое место. Он вовсе тут не хозяин, а часть расписания. Утром всякие дела, потом ты забегаешь на лучевую терапию, после обеда занимаешься репетиторством. Разве ты впадаешь в панику из-за того, что нужно два раза в день гулять во дворе с Черри? Отнесись к болезни, как к пуделю. Ее надо таскать на поводке к врачу. Точка. Сейчас такой этап жизни, затем будет другой, третий. Вспомни своих одноклассников: как только они увидели, что тебе плевать на дразнилки, то отстали. Рак очень похож на вредных школьников. Все, ложись спать!

Читать еще:  Как сделать лизуна из желатина и воды?

Цехновичер встал, пошел к двери, но на пороге обернулся.

— Не думал, что ты такая слабая — решила сдаться, получив от судьбы первый пинок. На свете полно людей, которым намного хуже, чем тебе, и ничего, живут себе нормально. А ты окружена вниманием, имеешь прекрасного мужа, чудесных детей, хорошую работу, квартиру и льешь сопли из-за того, что надо лечиться. «Пожалейте, у меня рак груди. » Тьфу прямо! В твоем случае нет причин для жалости. Хотя, я не прав, тебе стоит посочувствовать исключительно из-за твоей глупости. У тебя все хорошо, болезнь уже потихоньку отступает, а ты превратилась в дрожащее желе. Дорогая, человек сам себя вытаскивает из могилы, но и сам туда укладывается. И ни один доктор на свете не поможет дурочке, которая ежедневно говорит себе: «Я непременно умру!»

Вовка ушел. Я накрылась одеялом с головой, свернулась калачиком, хотела по привычке заплакать, но слезы из глаз не полились. Похоже, лучший друг мужа абсолютно прав — нельзя ставить болезнь во главу угла, подчиняться ей. Если боишься демонов при ярком электрическом свете, в темноте запросто умрешь от страха. Надо стать храброй и относиться к раку, как к временному спутнику. Я же сумела договориться с мигренью, и она более не пристает ко мне каждый день. А почему? Потому что я сказала себе: «Больше не боюсь приступов головной боли. Заболит так заболит, лягу в постель, и точка». Главное, победить страх, понять: онкология для меня не исключительное событие, а обыденность. Приехала в клинику, полежала под аппаратом и помчалась по делам. И ни в коем случае нельзя сетовать на судьбу, считать себя разнесчастной страдалицей, которую ждет наиужаснейшая участь.

Тут же вспомнилась притча, которую любила рассказывать моя бабушка Афанасия Константиновна.

«. Мужик по имени Иван очень сетовал на свою жизнь, считал ее тяжким испытанием и очень завидовал соседям, у которых, по его мнению, все складывалось наилучшим образом. Ныл Ваня, ныл, и вдруг спустился к нему ангел со словами:

— Жаль мне тебя стало, давай помогу. Проси, что хочешь!

— Неподъемный крест тащу на спине, — пожаловался Иван, — велик груз забот и много печалей. Сделай одолжение, замени мой крест на другой, не тяжелый, а легкий.

Ангел подхватил Ивана и очутился вместе с ним в комнате, сплошь набитой крестами.

— Сам найди себе ношу, — предложил серафим.

Ваня стал осматриваться. Кресты были самые разные — огромные из камня, дерева, железа, встречались и чуть поменьше, но все равно они выглядели устрашающе.

Долго ходил Иван по комнате и вдруг, глядь, лежит на полу крохотный крестик из прутиков, махонький, меньше мизинчика, легонький, как гусиный пух.

Схватил мужик его и закричал:

— Ангел, я нашел себе ношу! Поменяй мой ужасно тяжелый крест на этот!

Серафим с улыбкой ответил:

— Эх, Иван. Ты сейчас подобрал свой крест, полученный от рождения.

— Не может быть, — не поверил мужик. — Чьи же тогда вон те железные и каменные изваяния?

— Не судьба твоя тяжела, — покачал головой посланник небес, — а ты слабый да завистливый. Те огромные кресты принадлежат соседям, которые, по твоему мнению, намного счастливее тебя. Настоящий человек с улыбкой бревно потащит, а трусу и лентяю соринка плечи оттянет. «

Я встала с кровати, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу. Ну, что, рак молочной железы, посмотрим, кто кого съест!

Именно в этот момент мне стало понятно: в жизни начинается новый этап. Я прошла большой путь. Сперва не хотела верить, что заболела, плакала, сетовала на тяжелое испытание, надеялась, что откуда ни возьмись прилетит добрая фея, взмахнет волшебной палочкой, и стану я здоровой. Потом испугалась рака и, таким образом разрешила ему стать главным событием в своей жизни, сама поставила болячку на пьедестал. Я была слабой, трусливой, испуганной до дрожи в коленках. Не слышала здравых слов мужа, не воспринимала утверждений об излечимости болезни. Чего греха таить — я упивалась страданиями. Мне так нравилось себя жалеть, расчесывать моральные раны! Но сейчас пришло понимание, что я не слабая, не бедная, не несчастная, не убогая, а способна спокойно жить с болезнью, не подчиняясь ей, и в конце концов непременно выздоровлю. Почему? Да потому что онкология лечится. Есть и другой ответ: я не умру от рака груди, потому что не хочу умирать. Не имею права. Мне пока рано на тот свет, у меня на этом полно дел.

Доктор Махсон: «Рак – не приговор! Дарью Донцову мы лечили 23 года назад!»

— Больше всего людей на планете умирает от сердечно-сосудистых заболеваний. Есть и другие опасные болезни. Но только над раком висит этакий рок, фатальность: мол, если заболел — это конец. Ты не жилец!

Махсон: — Такое распространенное мнение — ошибка. Действительно, в настоящее время смертность от злокачественных опухолей стоит на втором месте. Если обратиться к статистике, чуть больше полумиллиона человек в России ежегодно заболевают раком, и порядка 290 тысяч каждый год от злокачественных опухолей умирают. Это в десятки раз больше, чем, скажем, смерть от автомобильных травм. Но сейчас благодаря успехам медицины рак перестал быть фатальным заболеванием. Во многом исцеление зависит от стадии болезни. Почти любая опухоль, если выявляется на ранней стадии, то 90-91, до 98% мы можем вылечить.

Читать еще:  Чем отличается катаракта от глаукомы

Возьмем рак молочной железы. Когда опухоль меньше сантиметра, то до 98% вылечиваем. Если вторая стадия, то будет 70%, может, чуть больше. Третья – хорошо, если 50%. Но тут уже совсем другие затраты и время лечения. А четвертая – 18% исцеления. Поэтому основное – выявить рак на ранних стадиях. А это зависит только от людей.

После 45 лет раз в два года в Москве каждая женщина может сделать маммографию, которая позволяет выявить опухоль на ранней стадии. Выявили – достаточно небольшой операции, и 91% поправился, добавили лекарственное лечение, и там до 95-98% мы можем вылечить. Правда, при раке поджелудочной железы более худшие результаты, но зато он и встречается значительно реже .

В чем проблема фатальности? Если человек умирает от рака, то все знают причину.

— Те же СМИ добавят- «умер от неизлечимой болезни».

— А вот тех, кого мы вылечили от рака, практически никто не знает. Потому что человек, заболев злокачественной опухолью, об этом не распространяется. Что происходит за границей? Даже известные люди, политики, артисты признаются: да, у меня был рак, я лечился. И когда окружающие видят, что он живет, активно работает 5-10 лет, совсем другая атмосфера.

— Де Ниро делали операцию на простате, Бушу-младшему удаляли опухоль на лице.

— Я был в Японии , там общество создано по раннему выявлению рака. Врач говорит: у меня 10 лет назад выявили опухоль желудка, ее удалили, я работаю. И там никто этого не скрывает. Поэтому нет такой фатальности, как у нас.

— Писательница Дарья Донцова — Ваша пациентка, Анатолий Нахимович?

— Наша. Начала лечиться в 89-м. Я тогда еще заведовал отделением в 62-ой больнице. В нашем отделении она лежала. 23 года прошло!

— И Донцова не скрывала, что перенесла онкологию. Как и Кобзон. Весной 2004 года певец признался «Комсомольской правде»: «Опухоль была злокачественной, но теперь я здоров!». Эту фразу мы тогда вынесли на обложку.. В интервью Иосиф Давыдович подробно рассказывал мне о своей болезни, как с ней боролся.

— Много таких! Есть больной, которого еще мой отец оперировал в 1976 году. У него была саркома бедренной кости. Ногу пациенту сохранили, он ходит. Давно живет в Греции , но периодически приезжает к нам показаться, провериться. К сожалению, о таких исцеленных долгожителях мало кто знает. Отсюда повторяю, фатальность диагноза – рак.

— Вот и звучит он как приговор.

— Вторая распространенная ошибка в народе: врачи обнаружили у пациента опухоль, предлагают лечение, а он отказывается. Предпочитает ходить к целителю. Год-полтора ходит. Опухоль развивается до 4 стадии. Он возвращается к врачу. Но часто медицина в таких запущенных случаях уже бессильна.

— Это трагедия популярного артиста Яна Арлазорова. Боялся категорически идти к врачу, предпочел целителя, голодание. Хотя тот же Кобзон уговаривал обратиться к официальной медицине. Когда Арлазоров решился, было поздно.

— И таких печальных примеров я могу привести много. Понимаете, в чем дело? Со злокачественной опухолью можно ничего не делать и прожить 2-3 года. Вот целители этим и пользуются. Говорят родственникам – «Но я же продержал больного целых 1.5 года!». На самом деле они просто переводят первую стадию в третью или четвертую. Лишив больного шанса на спасение. Как это случилось с Яном Арлазоровым . А если человек пришел с самого начала в больницу, то достаточно бывает простого лечения, чтобы он потом поправился и был здоров.

— Поэтому надо идти к врачу!

— Надо идти, делать профосмотры. И если у тебя выявили опухоль, не нужно надеяться на целителей. Я не видел ни одного реального целителя, который бы помог нашим больным. Хотя и не отрицаю, что они могут быть. Но, к сожалению, большинство — это шарлатаны, которые стригут на беде большие деньги.

— Вы недавно стали главным онкологом столицы.

— И уже начали резкую реорганизацию онкологической службы Москвы. Ходят слухи, даже панические. Что происходит на самом деле?

— В СССР еще в 1946 году была создана самая эффективная система лечения и наблюдения онкологических заболеваний. Диспансер. Когда больной обследуется и стационарно лечится в одном учреждении. Выявили опухоль, потом отлечили. Если нужно, он продолжает амбулаторное лечение в этом же диспансере. Появляются проблемы — его кладут в стационар. И в России эта система действует везде, кроме Москвы. А почему? Потому что нет такого диспансера, который бы мог обеспечить лечение в мегаполисе, где 12 миллионов жителей. Не может принять всех и наша специализированная больница №62, созданная в 1959-м. Поэтому сложилась такая безумная система: 21 онкологическое отделение в поликлиниках столицы, где нет современного оборудования, возможностей для лечения. Первый этап реорганизации системы — соединение 2-го диспансера с 62-й больницей. Это почти 2 миллиона жителей, 2 округа – Северный и Северо-Западный. Сейчас этот диспансер стал поликлиническим отделением 62-й больницы. Поймите, нельзя сделать квалифицированное учреждение из диспансера, где нет практически ничего современного. Нет компьютерного томографа, нормального рентгена, оборудования и т.д.

Читать еще:  Идеи для лд для девочек 11 лет – как оформить 1 страничку личного дневника?

— И прикрепленные сюда пациенты вынуждены сами искать, где в Москве сделать ту же компьютерную томографию и прочие анализы.

— Нет электронной истории болезни! Вот мы пришли и столкнулись с тем, что не можем получить точных данных, сколько же больных получают химиотерапию, с какими стадиями, ничего непонятно. Сейчас одновременно идет реорганизация диспансера, идет его оснащение. Сейчас это поликлиническое отделение 62-й больницы. В марте-апреле должен быть туда поставлен компьютерный томограф, современные ультразвуковые аппараты, сделаем дневные стационары урологии, химиотерапии, стационар заболеваний головы -шеи. Много чего еще задумано. Я думаю, что к концу года мы с этим справимся. В результате что должно получиться? Больной приходит сюда, полностью здесь обследуется за 7-10 дней. Когда будет понятно, как его лечить, пациент автоматически ставится на очередь в 62-ю клинику. Пришел, мы его лечим, оперируем, делаем необходимые процедуры. Назначаем лечение, лекарства в поликлинике (бывшем 2-м диспансере). Проходит там же диспансерное наблюдение. Какие-то проблемы возникли — он должен прийти в 62-ю больницу. И теперь есть человек, который отвечает за обследование, диспансерное наблюдение и лечение больных как минимум в двух округах Москвы. Это почти 2 миллиона жителей. Это главный врач 62-й больницы.

— То есть, вы, доктор Махсон?

— Да. Такие же подразделения мы создадим во всех других округах столицы. Оснащены они будут по одному типу.

— И курировать все будет тот же самый доктор Махсон, уже в качестве главного онколога столицы?

— Совершенно верно. Это была инициатива нового руководителя Департамента здравоохранения Москвы Печатникова Леонида Михайловича. Он правильно сказал, не может поликлиника существовать отдельно от стационара, они должны быть объединены. Потому что одна цель – поставить диагноз, вылечить, потом амбулаторно лечить. И в результате должна быть единая электронная база и регистр. И все эти базы должны передавать данные в этот регистр единообразно. Тогда мы будем знать, сколько у нас больных, какие у них стадии, какие нужны лекарства. Можно будет нормально планировать закупки лекарств для онкологических больных Москвы.

— Сейчас проблема лекарств стоит очень остро!

— Попробуем ее решить. Главное, чтобы всю необходимую помощь онкобольной получал в одном месте! Моя задача, я считаю, как главного онколога сделать так, чтобы в каждом округе столицы онкоцентр был одинаков по оборудованию, квалификации врачей и персонала, отношению к больным. Потому что сейчас многие хотят в 62-ю. Но не можем мы всю Москву взять! Эта задача значительно сложнее. Потому что многие учреждения находятся в тяжелом состоянии, в отличие от нас. Но сейчас выделены очень большие деньги, руководство департамента, можно сказать, повернулось лицом к онкологии. Я не обещаю, что это будет за год, но, думаю, за 2-3 года мы должны справиться, чтобы выровнять уровень онкологической помощи в Москве, всех одинаково оснастить.

— Да, нелегкие задачи перед вами стоят.

— Нелегкие. Но возможности появились. Я в 62-ю онкологическую больницу пришел в 72-м году, с 90-го года я тут главный врач. И таких финансовых вливаний, таких возможностей по оснащению, по ремонту за все эти 40 лет не было. Я не скажу, что нет проблем, но таких возможностей для поднятия онкологической службы города еще не было. Благодаря, естественно, новому мэру, новому руководителю департамента все изменилось. Например, у нас проблема была с радиологической службой. Я писал годами, что нам нужно менять технику. За этот год получаем три линейных ускорителя, три гамма-аппарата, много другой современной аппаратуры. Это всё дорогостоящая техника. И за этот год будет переоснащаться вся радиологическая служба города. Этого не делалось многие годы. У нас до сих пор аппараты 90-го года есть, 89-го. Они не служат столько, а мы работаем на такой технике. Вот сейчас все будет меняться. Так что мы смотрим с оптимизмом в будущее московской онкологии.

— Анатолий Нахимович, пресса обычно вспоминает про онкологов к 4 февраля, Международному дню борьбы с раком. А давайте проведем «Прямую линию» с читателями «Комсомолки», радиослушателями нашими, телезрителями. Видите, у нас в «Комсомольской правде» тоже возможности расширяются! Наверняка вопросов к вам будет много. И не только от москвичей.

— Я готов. Это очень важно — с помощью «Комсомолки» довести до людей, что, во-первых, рак это не безнадежно, во-вторых, очень важно придти к врачу вовремя и, в-третьих, не надо ходить к знахарям. Потому что вы потратите деньги и упустите время. Поговорим конкретно и про модернизацию онкологической службы в Москве.

Источники:

http://zen.yandex.ru/media/id/5a9aba6cdcaf8ed0858051d8/5e0b61a03d008800afe25357
http://www.7ya.ru/article/Darya-Doncova-kak-pobedit-rak/
http://www.kp.ru/daily/25829/2804853/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector